Авторизуйтесь, чтобы оставить свой комментарий:

Комментариев:

08.02.2018. БОЖИЙ МЕЧ ДЛЯ ОБЫДЕННОСТИ

    Обыденность жизни заключается в её предсказуемой повторяемости, в отсутствии новизны. С возрастом жизнь становится всё обыденней: что для юнца – праздник или горе, для старца – обыденность. Обыденность может быть, как неприятной, так и приятной, ибо сама по себе она нейтральна, её приятие или неприятие определяется личностью и характером конкретного человека.

         Например, Северянин пишет:

                                        Как мечтать хорошо Вам

                                                В гамаке камышовом

                                        Над мистическим оком – над бестинным прудом!

                                                Как мечты – сюрпризерки

                                                Над качалкой грезёрки

                                       Истомленно лунятся: то – Верлен, то – Прюдом!..

          А Маяковский к нему обращается:  

                                        Как вы смеете называться поэтом

                                        и, серенький, чирикать, как перепел!..

Почему он так грубо обращается? Да потому что:

                                       Знаете ли вы, бездарные, многие,
                                       думающие, нажраться лучше как, —
                                       может быть, сейчас бомбой ноги
                                       выдрало у Петрова поручика?..

    То, что для Северянина является вызывающей лёгкую иронию приятной обыденностью, для Маяковского – обыденность ненавистная, неприятная, потому что, видя мечтающую грезёрку, он не может забыть о её знакомом поручике, сидящем в то же самое время в окопе под обстрелом германских орудий. То, что для Северянина – прекрасный мир, для Маяковского – лишь мещанский закуток «прекрасного и яростного мира».

           Кто из них прав?

     Когда через пару лет после написания «Облака в штанах» в сад грезёрки зашли вооружённые революционные матросы и вышибли её не только из сада и дома, но и из взбунтовавшейся России, история прямо сказала, что прав Маяковский.

        И куда ни взгляни сквозь века минувшие, – в Древний ли Египет, в Древнюю ли Грецию, на Иерусалим ли, раскинувшийся вокруг храма Господня, на окружённые ли крепостными стенами имперские Рим и Константинополь, на королевский ли Версаль, где Антуанета, по народной легенде, советует страдающим от недостатка хлеба бедным парижанам заменить его пирожными, – везде Маяковский прав: приятная для считающих себя избранными немногих обыденность в предназначенный срок рушится, как, впрочем, и неприятная для большинства народонаселения.

       Так что, хотя большая часть жизни человечества протекает в обыденности, судьбу его решает не она, а те времена, о которых Тютчев сказал так:

                                        Блажен, кто посетил сей мир
                                       В его минуты роковые!
                                       Его призвали всеблагие
                                       Как собеседника на пир.
                                       Он их высоких зрелищ зритель,
                                       Он в их совет допущен был –
                                       И заживо, как небожитель,
                                       Из чаши их бессмертье пил!

        Кстати, эти строки очень любил человек, за десять дней сумевший, по свидетельству американского репортёра, перевернуть весь человеческий мир.

        И я вынужден признать, что, хотя мне поэзия Северянин с годами стала более приятна, чем поэзия Маяковского, но в не столь отдалённом будущем, увы, всё пойдёт по Маяковскому:

                                        Идите, голодненькие,
                                        потненькие,
                                        покорненькие,
                                        закисшие в блохастом грязненьке!
                                        Идите!
                                        Понедельники и вторники
                                        окрасим кровью в праздники!


                                        Пускай земле под ножами припомнится,
                                        кого хотела опошлить!
                                        Земле,
                                        обжиревшей, как любовница,
                                        которую вылюбил Ротшильд!

                                        Чтоб флаги трепались в горячке пальбы,
                                        как у каждого порядочного праздника –
                                        выше вздымайте, фонарные столбы,
                                        окровавленные туши лабазников.

         Пойдёт именно так, ибо такова логика истории, ибо, как сказал Мессия, «Не думайте, что Я пришел принести мир на землю; не мир пришел Я принести, но меч».

 

Рейтинг@Mail.ru

© ООО«Компания». 2014 г. Все права защищены.

Яндекс.МетрикаЯндекс.Метрика