* * *
Стою средь траурного сада,
где смерти длинная прохлада
восходит прямо от земли
на щёки бледные мои.
Здесь души мечутся, как птахи,
над теми, кто почиет в прахе.
Как беспредельно в свисте птичьем
судьбы моей косноязычье!
И ты летаешь, – дальше, ближе, –
но я тебя, увы, не вижу.
Прости, любимая навек,
что я всего лишь человек.
2007
